История успеха, Биография Ли Ка-Шинга

Отец хотел, чтобы его сын пошел еще дальше и стал настоящим ученым. Он считал, что самый эффективный способ воспитания – на собственном примере. Интеллигентный образованный китаец ничего не навязывал и ни к чему не принуждал: чтение интересных книг, живое общение, доверие были его союзниками в воспитании всех детей, в том числе и собственных. Для Ли Ка-Шина отец до сих пор остается примером во всем: «Это он пробудил во мне тягу к знаниям и умение видеть в жизни главное. Я уверен, что, как бы ни сложилась моя жизнь, я все равно сделал бы все, чтобы отец гордился мной.»

Трудное детство

А жизнь сложилась как будто специально именно так, чтобы испытать Ли на прочность.

В ночь с 7 на 8 июля 1937 года провокацией в окрестностях Пекина Япония начала вооруженную агрессию против Китая. Затяжная восьмилетняя японо-китайская война продолжалась до капитуляции Японии 2 сентября 1945 года. Когда разразилась война, Ли едва исполнилось девять лет. Собственно, на этом и закончилось его детство. Через два года, спасаясь от наступающих японских войск, семья бежала в британский Гонконг. С собой отец увозил самое ценное: книги и набор для каллиграфии, подаренный учениками. Отец Ли всю жизнь старался никого не обременять своим существованием, но он был уверен, что его семья не пропадет в Гонконге: ведь там жил его брат – успешный торговец.
Но в Гонконге беженцев ждал холодный прием. Родственник не пустил семью брата на порог своего дома. Выйдя за дверь, дядя посмотрел на измотанных путешественников, стоящих на улице, и, поспешно поприветствовав брата, сообщил, что ему необходимо уехать по делам. Уже сев в повозку рикши, дядя попросил оставить слуге адрес, где они остановились, чтобы он мог повидаться с ними в свободное время.

Сотни тысяч беженцев с занятых японскими войсками территорий Южного Китая уже наводнили Гонконг. После нескольких дней скитаний семья смогла снять убогий угол у хозяина рыбной лавки. В новое обиталище своих родственников дядя так и не приехал. Когда через год отец Ли умер от туберкулеза, его брат через слугу передал невестке и племянникам корзинку, в которой лежали четыре подсохшие рисовые лепешки, шесть яиц и фунт дешевого чая.

Вспоминая о своем детстве, Ли Ка-Шинг говорит: «Я столкнулся лицом к лицу с жизнью, такой, какая она есть. Мне было всего двенадцать лет, но я чувствовал себя так, как будто мне уже двадцать или даже больше.»

Карьера и образование

Первое, о чем позаботился отец по приезду в Гонконг, – чтобы его сын продолжал бизнес образование. Несмотря на тяготы и лишения, Ли Ка-Шин учился в школе. Когда умер отец, мальчику пришлось бросить учебу. Чтобы прокормить семью, он пошел просить работу у дяди. Брат отца «великодушно» принял племянника, устроив его продавцом часовых ремешков.

 

В сложившейся ситуации Ли Ка-Шинг согласился бы на любую работу. Но мириться с судьбой он не собирался. Вскоре он сумел найти более перспективную работу: штамповщика на заводе, изготовлявшем металлические двери. И как только у него появилась уверенность в том, что заработанных денег хватит, чтобы прокормить мать, он решил продолжить образование. После смены на заводе Ли бежал в вечернюю школу. Именно тогда полуголодный Ли дал себе зарок во что бы то ни стало добиться успеха. И небеса, как он сам говорит, его услышали.

В конце сороковых годов Ли устроился на работу в компанию по продаже пластика. После войны пластмассы стали все больше использоваться в производстве мирной продукции, и спрос на полуфабрикаты и готовые изделия рос день ото дня. Несмотря на это, Ли приходилось работать по 16 часов в день. Вопрос о хлебе насущном уже не стоял так остро, но о том, чтобы открыть свое дело, Ли и не помышлял. Сделать шаг навстречу успеху помог случай.

Как рассказывал сам Ли Ка-Шинг, однажды секретарь директора компании, в которой он работал, заболел. Боссу было необходимо срочно подготовить какое-то деловое письмо. И подвернувшийся под руку Ли вызвался помочь. Отцовская забота об образовании сына оказалась не напрасной: письмо, подготовленное Ли, было написано так грамотно и аккуратно, что директор компании решил повысить Ли в должности и предложил ему возглавить небольшой департамент. В ответ на предложение Ли попросил, чтобы ему дали возможность заниматься оптовыми продажами. За год работы в новом качестве Ли продал в семь раз больше продукции, чем другие оптовые продавцы. Судьба явно улыбалась молодому китайцу. В 19 лет его уже назначили руководителем фабрики, которая занималась производством изделий из пластмассы.

Свое дело

Ка-Шин успешно совмещал таланты бизнесмена и технолога. Дальнейшая работа в компании по производству и продаже пластика сулила ему большие перспективы, но он решил отказаться от этой карьеры: «В том, что касалось «пластикового бизнеса», я уже знал все: технологии, производство, ценообразование, потребителей… Мне было больше нечему учиться. Я мог бы сам быть директором, но в той компании, в которой я работал, не было такой открытой вакансии…»

Поэтому Ка-Шинг решил открыть собственный бизнес. Небольшой начальный капитал он заработал на оптовых продажах пластмассы. Кроме того, он помог своему боссу выгодно перепродать одно из производств и получил комиссионные. Собрав все свои деньги, в 1950 году он организовал цех по производству расчесок и мыльниц.

«Я тратил свои собственные деньги, поэтому мне приходилось вникать в каждую деталь и все делать самому, – рассказывает Ка-Шинг. – На своем предприятии я занимался всем: от монтажа оборудования до составления бухгалтерской отчетности. Нужно было начинать с самого начала.»

Как только у Ли появились свободные деньги, он начал выписывать все доступные в Гонконге иностранные газеты. Из них Ка-Шинг черпал информацию о том, как развивается большой бизнес и что происходит в западном обществе. Анализируя информацию, Ли пришел к выводу, который актуален и по сей день. Китайские производители могли предложить западным потребителям свою продукцию по уникально низким ценам. Но для западных покупателей, чье благосостояние и возможности росли год от года, низкая цена не имела решающего значения. Они требовали высокого качества. А этим китайские товары похвастаться не могли…

 

Недолго думая Ка-Шинг отправился в Европу. Здесь он объехал все фабрики по производству пластмассы, изучая новые технологии окрашивания пластмасс и повышения качества продукции. Путешествие в Европу стало для Ли настоящим потрясением. Европейские технологии производства и обработки пластмассы делали ее настоящим материалом будущего. В Европе из пластмассы изготавливали не только мыльницы, расчески и пуговицы, но также посуду, бытовые приборы и украшения. Европейские предприятия уже занимались производством синтетических нитей на основе полимеров. А больше всего Ка-Шинга поразил увиденный им во Франции проект жилого дома, полностью построенного из пластмассы.

Вернувшись в Гонконг, Ка-Шинг взялся за модернизацию своего производства и нанял лучших технологов, которых смог найти. В следующие несколько лет он стал крупнейшим в Азии производителем искусственных цветов.

Порядочность и доброта – это то, что помогло завоевать репутацию и раскрутить бизнес еще молодому предпринимателю. Однажды один американский покупатель отменил хорошую сделку по покупке партии искусственных цветов. И поле вопроса, хочет ли Ка-Шин получит неустойку, тот ответил, что она ему не нужна. Позднее к нему обращается еще один крупный американский бизнесмен. Который хочет оформить сделку на крупную партию товара. При этом он сказал, что Ка-Шина ему отрекомендовали как порядочного и надежного человека, с которым приятно работать. Именно тот предприниматель, с которого Ли не взял неустойку, так отзывался о своем партнере.

Развитие производства требовало строительства или покупки новых производственных площадей. Привыкший все делать сам, Ка-Шинг увлеченно начал заниматься поиском подходящей недвижимости для нужд своей компании. Прилежный и дотошный Ка-Шинг так хорошо изучил ситуацию на рынке, что инвестиции в недвижимость стали еще одним непрофильным направлением в его бизнесе. Он покупал недвижимость уже не только и не столько для себя, сколько для последующей перепродажи.

На новом поприще Ли вновь оказался предприимчивее и хитрее конкурентов, придумав простенькую, но весьма эффективную схему: чтобы не платить за землю сумасшедшие деньги, Ли стал предлагать владельцам участков долю в тех объектах, которые он собирался возводить на этом месте. Репутация удачливого бизнесмена сделала свое дело — вскоре уже сами владельцы земли искали партнерства с энергичным девелопером. До 1966 года Ли скупал участки земли тихой сапой. А потом в Китае грянула «культурная революция», и напуганные «передовыми» новациями Мао англичане стали спешно покидать Гонконг.

Политическая ситуация была на руку Ка-Шингу. Журналисты нередко пишут, что Мао Цзэдун с его «культурной революцией» помог Ка-Шингу заработать миллионы. В этом утверждении есть немалая доля правды. Земля в британской колонии резко упала в цене. Многие владельцы наиболее лакомых кусков гонконгской недвижимости и объектов инфраструктуры, опасаясь коммунистической угрозы, спешили покинуть колонию и готовы были продать свою собственность по минимальной цене, лишь бы выручить за нее хоть что-то. Ли Кашин стал лихорадочно скупать ее. Многие считали, что Ли поступает опрометчиво, но не прошло и десяти лет, как всем стало ясно, что это не опрометчивость, а дальновидность. В 1976 году после смерти Мао Цзэдуна новое руководство Китая подвергло резкой критике политику «великого кормчего», пересмотрев ее в пользу проведения экономических реформ. Иностранный капитал, привлеченный перспективами, которые сулил необъятный китайский рынок, ринулся в Гонконг: лучшего плацдарма в борьбе за китайский рынок и представить было невозможно. Тут-то Ли Ка-Шинг и принялся снимать сливки с бума на гонконгском рынке недвижимости.

В результате к середине 70-х годов Ли Ка-Шинг стал владельцем ведущей гонконгской инвестиционной компании «Cheng Kong Holdings».

Владелец заводов, газет и пароходов

Следующим шагом Ли на пути к созданию собственной бизнес-империи стало приобретение крупных промышленных объектов, принадлежавших британцам. В 1979 году этот шаг был сделан: холдинг Ли взял под полный контроль крупнейший многоотраслевой концерн Гонконга – «Hutchison Whampoa». Эта корпорация контролировала торговлю, морской транспорт и практически все портовое хозяйство Гонконга. До настоящего времени компания Ка-Шинга контролирует около 12 % морских контейнерных грузоперевозок.

Журналисты не раз задавались вопросом, как и за сколько малоизвестный бизнесмен приобрел такой перспективный бизнес. Официальные биографии Ка-Шинга об этом умалчивают. Одно из российских деловых изданий, исследовавших историю бизнеса Ли Ка-Шинга, представило одну из обсуждаемых в деловых кругах версий: «…Можно предположить, что вряд ли столь крупная сделка свершилась без участия официальных Лондона и Пекина. В конце 70-х уже ходили слухи о том, что новая реформаторская власть в КНР во главе с Дэн Сяопином не прочь вернуть процветающий Гонконг, или, как его называют в Китае, Сянган. В Лондоне, очевидно, посчитали, что при таком раскладе сохранить крупнейший концерн в одних лишь британских руках вряд ли удастся. А вот загодя продать его китайцу, лояльному как Лондону, так и Пекину, было бы весьма дальновидно. Пекин, уже тогда рассматривавший Гонконг в качестве ворот для привлечения инвестиций, этот шаг Лондона приветствовал.»

Сам Ка-Шинг на многочисленные вопросы по этому поводу всегда отделывается дежурными фразами типа «купил и не жалею».

В доказательство тесных отношений Ка-Шинга с властями КНР приводятся следующие факты.

В 1979 году по инициативе Дэн Сяопина была создана крупная торгово-инвестиционная компания «CITIC», в которой китайскому правительству принадлежат 42 процента акций. В сферу интересов этого конгломерата попали практически все виды экономической деятельности. Приоритетными направлениями ее деятельности стали финансовые и банковские операции, строительство крупных индустриальных объектов в стране и за рубежом (к слову, именно группа «CITIC» выиграла тендер на строительство главного олимпийского стадиона в Пекине и в течение 30 лет после Олимпиады-2008 будет распоряжаться этим объектом). Так вот, возглавить эту мегакомпанию власти коммунистического Китая доверили на первых порах не кому-нибудь, а беспартийному бизнесмену из британской колонии Ли Ка-Шину. Степень доверия между сторонами была настолько велика, что Ли даже предложил архитектору китайских реформ войти в состав совета директоров «CITIC». Дэн Сяопин вежливо отклонил это предложение. Но связь между Дэном и Ли не прервалась. В 1992 году, когда китайский реформатор совершал последнюю в своей жизни масштабную поездку по югу страны, он, несмотря на занятость и неважное самочувствие, встретился с гонконгским магнатом. О чем они говорили, история умалчивает. Известно лишь, что в ходе той поездки Дэн по существу огласил свое политическое завещание – активно проводить политику открытых дверей.

Что касается его отношений с британскими властями, то Ка-Шинг никогда не отрицал, что они были и остаются весьма дружественными. Ли Ка-Шинг удостоен высших наград Британской империи, как впрочем и других государств — Ли Ка-Шин уже много лет носит почетную приставку к своему имени, поскольку он — рыцарь-командор ордена Британской империи, гранд-офицер ордена Васко де Бальбоа, а также командор орденов Леопольда I и Почетного легиона…

В 1980-х годах Ли Ка-Шин сосредоточился на биржевых операциях и начал инвестировать в новые сферы экономики. Особенностью тактики Ли Ка-Шинга было то, что он предугадывал те сферы бизнеса, которые в будущем станут прибыльными, и вкладывал в них деньги, а когда стоимость приобретённой компании достигала максимума — продавал её. Также Ли стал известен благодаря своей приверженности к передовым технологиям. По этому поводу он говорил: «Человек, инвестирующий в технологии, чувствует себя моложе.»

В 1985 году Ли Ка-Шинг стал акционером энергетической компании Hongkong Electric, а другая его компания, Hutchison Telecom, стала первым в мире оператором аналоговой мобильной связи стандартов AMPS и TACS. В 1987 году Ли Ка-Шинг впервые появился в рейтинге миллиардеров журнала Forbes и стал совладельцем крупной канадской нефтегазовой корпорации Husky Oil (в 1991 году сосредоточил у себя её контрольный пакет).

Выйдя на рынок мобильной связи Великобритании, Ли КаШин в 1991 году приобрёл убыточный сервис Rabbit, «раскрутил» его под брендом Orange и в 1999 году продал за 14,6 млрд. долл. немецкому концерну Mannesmann AG. Вскоре группа Hutchison вернулась на телекоммуникационный рынок Великобритании и купила лицензию на работу с беспроводным интернетом.

В 1998 году общий объём продаж в торговых сетях, подконтрольных Ли Ка-Шингу, составил 2,7 млрд. долларов, а грузооборот его контейнерных портов — 14,1 млн. TEU. В 2000 году рыночная капитализация компаний Ли Ка-Шина превысила 100 млрд. долл., составив 10 % от общей рыночной капитализации всех гонконгских компаний.

В 2000 году Ли Ка-Шинг провёл неудачное размещение акций своей компании TOM Group, но в дальнейшем его инвестиции в высокотехнологическом секторе были вполне успешны. В 2005 году он инвестировал в сервис Skype, в 2007 году — в социальную сеть Facebook, в 2009 году — в компанию Siri, затем — в музыкальный сервис Spotify, навигационный сервис Waze, видеоредактор Magisto и гидроизолирующее оборудование HzO.

Не оставил без своего внимания Ка-Шинг и традиционные сектора экономики, в том числе и в переживавшей финансовый кризис Европе. В 2010 году структуры Ли за более чем 9 млрд. долл. приобрели у французской компании Électricité de France её британские электроэнергетические активы, в 2011 году купили британскую Northumbrian Water Group (водоснабжение и канализация), в 2012 году — австрийского мобильного оператора Orange Austria. Также в 2012 году Ли Ка-Шинг сделал крупные вложения в Австралии — купил сельскохозяйственную торговую компанию Peaty Trading Group, три виноградника и крупнейшего производителя соли Cheetham Salt.

Но Ли Ка-Шинг не только активно покупал, но и удачно продавал активы. В 2006 году он продал 20 % акций компании Hutchison Port Holdings сингапурской корпорации PSA International (Port of Singapore Authority), а в 2007 году — свой пакет акций в индийском операторе мобильной связи Hutchison Essar британской группе Vodafone за более чем 11 млрд. долларов.

В последнее время Ли всё больше сосредоточен на стратегическом планировании, стараясь отойти от текущих дел группы. Как он сам говорил в одном из интервью: «Я провожу больше времени, планируя завтрашний день, чем решая сегодняшние цели».

 

 

 

 

 

мы в социальных сетях